Анализ стихотворения Лермонтова О подвиге



«Анализ стихотворения «Смерть Поэта»»

Стихотворение «Смерть Поэта» явило России имя Лермонтова, и оно же подняло молодого поэта на огромную высоту. Стихотворение не осталось неоцененным современниками. Позднее А. В. Дружинин скажет: «Когда погиб Пушкин, перенесший столько неотразимых обид от общества, еще не дозревшего до его понимания, – мальчик Лермонтов в жгучем поэтическом ямбе первый оплакал поэта, первый кинул железный стих в лицо тем, которые надругались над памятью великого человека. Немилость и изгнание, последовавшие за первым подвигом поэта, Лермонтов, едва вышедший из детства, вынес так, как переносятся житейские невзгоды людьми железного характера, предназначенными на борьбу и владычество».

Вызвавшие горячий отклик стихи Лермонтова повторялись из уст в уста, переписывались и расходились в десятках списков. Такой общественный резонанс не мог не встревожить царя и не вызвать его ответной реакции: автор крамольных стихов был сослан на Кавказ, подвергались наказанию и люди, популяризировавшие лермонтовские стихи. Одним из них был близкий друг молодого поэта С. А. Раевский.

Загрузка...

Стихотворение начинается простой констатацией смерти Пушкина. Дальше говорится о причине смерти и отдается дань благородству, чести и гордости поэта:

Погиб Поэт! – невольник чести
Пал, оклеветанный молвой,
С свинцом в груди и жаждой мести,
Поникнув гордой головой.
Не вынесла душа Поэта
Позора мелочных обид,
Восстал он против мнений света
Один, как прежде… и убит!

В следующих строках Лермонтов с обидой и гневом обращается ко всем, кто участвовал в травле поэта, кто распускал грязные слухи о его жене, а теперь присутствует на похоронах и высказывает «пустых похвал ненужный хор и жалкий лепет оправданья». Презрение автора обращено к Дантесу, который недостоин великого поэта, «дивного гения», – он всего лишь жалкий иностранец, «подобный сотням беглецов, наловлю счастья и чинов заброшен к нам по воле рока». Удивление вызывает у поэта то, как могли соотечественники принять сторону человека, презирающего их быт, нравы и культуру:

Смеясь, он дерзко презирал
Земли чужой язык и нравы;
Не мог щадить он нашей славы;
Не мог понять в сей миг кровавый,
На что он руку поднимал.

Все строки лермонтовского стихотворения проникнуты неподдельной любовью к «дивному гению», любовью младшего брата. Не зря в третьей части он, как часто случается, начинает предполагать, как можно было бы изменить ход событий и избежать смерти родного человека:

Зачем от мирных нег и дружбы простодушной
Вступил он в этот свет, завистливый и душный

Для сердца вольного и пламенных страстей? Зачем он руку дал клеветникам ничтожным, Зачем поверил он словам и ласкам ложным… И снова – обличение обществу, где царят зависть, лицемерие, предательство, подлость и обман, где друзья оказываются врагами, где не хватает воздуха певцам воли и свободы:

Вы, жадною толпой стоящие у трона,
Свободы, Гения и Славы палачи!

В последних строках стихотворения автор, обращаясь к виновникам смерти великого Пушкина, к «наперсникам разврата», выносит им строгий и страшный приговор – предстать перед Божиим судом, который «не доступен звону злата, и мысли и дела он знает наперед». Если от общественного суда можно откупиться богатством, если людей можно обмануть новой ложью, говорит автор, то от суда Божиего не откупишься ничем, а он настанет непременно:

Тогда напрасно вы прибегнете к злословью:
Оно вам не поможет,
И вы не смоете всей вашей черной кровью
Поэта праведную кровь!
А что любил?

Другие сочинения по этому произведению

Анализ стихотворения М.Ю. Лермонтова "Бородино"

Гениальное стихотворение М.Ю.Лермонтова, напи­санное в 1837 году, — это поэма о бессмертном народном подвиге. И вместе с тем это слово грусти и тоски о прошедших невозвратимых героических днях.

Историческое значение «Бородино» состоит в том, что в этом произведении со всей настойчивостью, со всей поэтической определенностью поэт утверждает мысль о народе как главном деятеле всемирной истории.

У Лермонтова о подвиге народа, о великом историчес­ком сражении рассказывает рядовой участник боя, простой солдат. И — главное — его рассказ, простой и непосредст­венный, всегда на высоте происшедшего. В рассказе сол­дата подвиг народа не только не снижен в своем значении, не только не распался на «случаи» и частности, а, наоборот, обрел удивительную цельность. В нем отдельное, частное объединено общей идеей.

Ребята! Не Москва ль за нами?

Умремте ж под Москвой,

Как наши братья умирали!

Эта патриотическая идея, освещая весь рассказ солда­та, дает содержание и смысл происходящему.

Будучи рассказом рядового участника событий о вели­ком историческом свершении, «Бородино» Лермонтова является автобиографией народного подвига. Оно показы­вает одновременно, как возросло народное самосознание, как народ включается в историческую работу мышления, как глубоко и верно осмысливает он историю и чувствует биение ее пульса. Солдат сумел в своем рассказе увидеть не просто батарею, на которой был, и не только один участок боя. Самое поразительное у лермонтовского сол­дата — это то, что он видит все — видит историю. Но не с командного пункта и не с вершины вечности, а со своей батареи.

В этом и состоит философское значение поэмы Лер­монтова как поэмы о народном самосознании.

Поэт полностью перевоплотился в простого батарейца Бородинской битвы. Ни тени фальши, ни малейшей на­тяжки, ничего навязанного, ничего навязчивого — все святая простота, правда, естественность.

Солдат-рассказчик Лермонтова говорит и от своего имени, и от имени всей армии, от имени страны. Это закреплено еле уловимыми переходами от «я» к «мы», что относится к высшим художественным достижениям поэта и поэзии: простое «я» рассказчика перерастает в «мы», не теряя себя и не растворяясь в нем. Лермонтов это делает с максимальным психологическим тактом и абсолютным чувством происходящего:

Забил снаряд я в пушку туго,

И думал: угощу я друга!

Постой-ка, брат, мусью!

Что тут хитрить, пожалуй к бою.

И в эту же секунду произошло чудесное перевоплоще­ние: «я» рассказчика слилось с массой атакующих:

Уж мы пойдем ломить стеною,

Уж постоим мы головою

И в этих переходах, в их естественности ощущаешь единство армии, полное взаимное доверие и взаимное ручательство одного за всех и всех за одного, что характерно для психологии солдата народной освободительной войны.

В этой поэме замечательно все — как целое, так и любая частность.

Прилег вздремнуть я у лафета,

И слышно было до рассвета,

Как ликовал француз.

Здесь в одном слове вся история наполеоновской армии, все психология наполеоновского солдата, привы­кшего и приученного к легким победам и быстрым захватам чужого добра, — и в этом «ликовал» уже чувствуется, как поведет себя наполеоновский солдат в Москве.

Кликам ликования наполеоновских солдат Лермонтов противопоставил святую решимость русского солдата сра­жаться насмерть, до последнего.

Но тих был наш бивак открытый:

Кто кивер чистил весь избитый,

Кто штык точил, ворча сердито,

Кусая длинный ус.

Поэт из чисто внешних деталей создал картину психо­логического перенапряжения солдата перед смертным, не­отвратимым боем.

Это — уже чисто толстовская черта художественного изображения. И когда мы читаем о том, что Лев Толстой сказал: «Бородино» Лермонтова — зерно «Войны и мира», то это надо понимать и в идейном, и в художественном смысле.

Необходимо еще сказать о чуткости поэта к характеру войны. В «Бородине» поэт рисует пойму справедливую, национальную, освободительную. Это определяет все про­порции изображения, краски, целое и детали. В поэме не раз повторено слово «русский»: «русские штыки», «русский бой удалый, наш рукопашный бой»; слово «родина» звучит как призыв к битве; и над всем как оправдание неисчис­лимых потерь и жертв — образ Москвы, олицетворяющей всю страну.

Значение этой поэмы Лермонтова и для литературы, и для общественной мысли России переоценить невозмож­но.

Нашёл ошибку? Выдели и нажми ctrl + Enter

«Война» М.Лермонтов

«Война» Михаил Лермонтов

Зажглась, друзья мои, война;
И развились знамена чести;
Трубой заветною она
Манит в поля кровавой мести!
Простите, шумные пиры,
Хвалы достойные напевы,
И Вакха милые дары,
Святая Русь и красны девы!
Забуду я тебя: любовь,
Сует и юности отравы,
И полечу, свободный, вновь
Ловить венок небренной славы!

Анализ стихотворения Лермонтова «Война»

Интерес к теме ратного подвига возник у юного поэта еще до поступления в школу гвардейских подпрапорщиков и кавалерийских юнкеров. Романтически настроенный юноша с детства был наслышан о мужестве представителей своего рода, начиная с его основателя шотландца Георга Лермонта, который стал русским офицером. Еще одним обстоятельством, определившим внимание автора к теме, стала русско-турецкая война, разразившаяся в 1829—1830 гг. и подъем патриотических настроений, на которые не мог не откликнуться начинающий автор.

Традиции романтизма повлияли на идейное содержание и стилистику «Войны», созданной в 1829 г. Лирический герой оперирует понятиями, типичными для художественной манеры романтизма: в лексическую структуру произведения входят «знамена чести» и «кровавая месть», вакхические «шумные пиры», «сует и юности отравы» и «венок славы».

В начале своей речи герой цитирует строки Хераскова: «Зажглась война», разбавляя их обращением к друзьям-единомышленникам. Продолжая мысль, вдохновенный оратор останавливается на двух деталях предстоящих событий: трепещущих знаменах и звуке «трубы заветной». Визуальный и звуковой образы «манят», призывают на поле битвы.

Центральная часть посвящена прощанию с прошлой жизнью, атрибутами которой являлись веселые дружеские пиршества, названные «Вакха милыми дарами». Здесь же неожиданно — сразу после строки, где упоминается бог виноделия, — возникают образы Святой Руси и красных девушек, основанные на отечественном фольклорном наследии.

Возвышенная речь героя завершается торжественным обещанием. Оратор намеревается забыть о любви, которая получает сравнение с «отравой», наполняющей юные годы пустой суетой. Став свободным, лирический субъект словно обретает крылья. «Полечу», — так он характеризует свои планы. Целью романтика становится «небренная» слава — свидетельство мужества, подвиг, память о котором переживет гибель героя.

Хотя в общем тоне стихотворения чувствуется искренний патриотический призыв, картина предстоящих событий условна, абстрактна, изобилует приметами высокого стиля. Лирический оратор сосредоточен на своих чувствах и желаниях, возникших после известия о начале боевых действий. Аналогичная ситуация изображена в еще одном раннем творении на военную тему — «Поле Бородина ». Романтический герой, оказавшийся в гуще сражения, также лишен индивидуальных черт и увлечен своими эмоциями.

Идейная взаимосвязь стихотворений М. Лермонтова «Бородино» и «Дума»

Идейная взаимосвязь стихотворений М. Лермонтова «Бородино» и «Дума»

Перу М.Ю. Лермонтова принадлежат два известнейших стихотворения - «Бородино» и «Дума». На первый взгляд, это совершенно разные произведения – одно повествует о подвигах русских солдат в Отечественную войну 1812 года, другое наполнено горечью и сарказмом по отношению к современникам поэта – «пустому, бесплодному поколению». Однако, при внимательном рассмотрении, два этих стихотворения оказываются тесно связанными между собой.
Композиция «Бородино» диалогична – более молодой герой расспрашивает своего старшего товарища о его былых подвигах – о войне с французами 1812 года. «Дядя» восхищается тем поколением русских людей, которые смогли победить наполеоновскую армию, при этом подчеркивает:
- Да, были люди в наше время,
Не то, что нынешнее племя:
Богатыри - не вы!
Таким образом, в «Бородино» проявляется резкий контраст между «доблестными воинами» эпохи 1812 года и современниками поэта. По мнению Лермонтова, его «старшему герою» довелось жить в сложное, но интересное время:
Ведь были ж схватки боевые,
Да, говорят, еще какие!
Недаром помнит вся Россия
Про день Бородина!
Под стать этому времени были и люди – смелые, мужественные, цельные, способные и готовые совершить подвиг, отдать свою жизнь ради великой цели – освобождения Родины: «Не будь на то господня воля, Не отдали б Москвы!»
Большая часть «Бородино» посвящена подвигу русских «богатырей». Старший рассказчик подробно описывает Бородинское сражение как кульминационное сражение Отечественной войны 1812 года, в которой проявилась вся сила русского характера, весь его потенциал: «И вот нашли большое поле: Есть разгуляться где на воле!»
Лермонтов показывает, что русские воины рвутся в бой, хотят померяться силами с «братом мусью» и не жалеют собственных жизней ради достижения этой цели:
Земля тряслась - как наши груди,
Смешались в кучу кони, люди,
И залпы тысячи орудий
Слились в протяжный вой.
Однако после картин, описывающих доблесть русских солдат, следует финальная строфа, возвращающая нас к «нынешнему поколению», которое, увы, и «в подметки не годится» тем «богатырям».
Эта же мысль о никчемности современников («Печально я гляжу на наше поколенье!») является ведущей в стихотворении «Дума». Лермонтов говорит о том, что в его поколении нет ничего от богатырей прошлого – ровесники поэта не способны ни на какое действие, потому что погрязли в «познанье и сомненье».
Современный человек, по мнению Лермонтова, чрезмерно рассудочен и рефлексивен. В теории он богат «ошибками отцов и поздним их умом», поэтому не ищет практического опыта, убежден, что познал жизнь сполна («И жизнь уж нас томит, как ровный путь без цели…»)
Поэт с горечью говорит о том, что его поколение не имеет ценностей и целей, оно бездушно и глубоко безнравственно. Именно поэтому оно не только не обретет индивидуального счастья, но и ничего не сделает для своей отчизны, не оставит никакого следа в истории:
Над миром мы пройдем без шума и следа,
Не бросивши векам ни мысли плодовитой,
Ни гением начатого труда.
Однако в этом, по мнению Лермонтова, виноваты не только люди, но и время, в которое им выпало жить, – эпоха пессимизма, цинизма и лицемерия:
Тая завистливо от ближних и друзей
Надежды лучшие и голос благородный
Неверием осмеянных страстей.
Таким образом, стихотворения Лермонтова «Бородино» и «Дума» имеют тесную идейную связь. В обоих произведениях поэт рисует печальный портрет своего поколения – людей бездушных, пассивных и безнравственных, глубоко страдающих от своей бездеятельности и черствости, но не способных что-либо изменить.
Лермонтов размышляет о том, что изменилось в его современниках, ведь их предки были людьми совершено другого склада. В итоге он приходит к выводу о том, что причина такой разительной перемены – в духе времени, в сути самих эпох, которые во многом формируют характер и мировоззрение человека.

0 человек просмотрели эту страницу. Зарегистрируйся или войди и узнай сколько человек из твоей школы уже списали это сочинение.

/ Сочинения / Лермонтов М.Ю. / Лирика / Идейная взаимосвязь стихотворений М. Лермонтова «Бородино» и «Дума»

Смотрите также по произведению "Лирика":

Мы напишем отличное сочинение по Вашему заказу всего за 24 часа. Уникальное сочинение в единственном экземпляре.

100% гарантии от повторения!

Подвиг как образ жизни. Лермонтов. Память

Может ли одно стихотворение сразу вознести его автора на небосклон, уже сияющий поэтическими звёздами? В истории мировой литературы подобного не было. У нас – было. Это когда появилось стихотворение «Смерть поэта», сочинённое Михаилом Лермонтовым, корнетом императорской гвардии.

Стихотворение разлетелось в списках с быстротой молнии. Его читали, перечитывали, записывали, переписывали…

Погиб Поэт! – невольник чести,
Пал, оклеветанный молвой…

И все понимали: «Да это же о Пушкине, господа! Это о нём. » Стихотворение прогремело ответным выстрелом на тот, роковой, у Чёрной речки. Оно взбудоражило общество, раскачало – на тех, кто истинно любил Пушкина, горевал о нём, и на тех, кто давно плёл убийственную интригу вокруг него.

Вы, жадною толпой
стоящие у трона…

Император Николай был взбешён. К нему попал список с чьей-то провокационной припиской – «Воззвание к революции». В памяти всплыли Сенатская площадь, 14 декабря… И закрутилось жандармское дознание, завертелось следствие по делу о «непозволительных» стихах… Корнету грозила солдатчина. Или каторга.

Но тут вмешалась бабушка корнета Елизавета Алексеевна Арсеньева, представительница сразу двух старинных дворянских родов – Арсеньевых и Столыпиных. Когда дело касалось внука, для неё не существовало закрытых дверей – дошла до самого императора.

– Пожалейте внука – любимого, единственного!

Но Николай был непреклонен: «непозволительные» стихи, вольнодумство, призыв к бунту… И тогда бабушка проговорила негромко, но очень чётко:

– Государь, вспомните вашего батюшку. Старая гвардия ещё жива.

Перед глазами Николая вспыхнули страшные картины: убиенный гвардейцами отец – император Павел, опять же Сенатская площадь…

– Уберите от меня эту сумасшедшую старуху!

А когда, пропуская Арсеньеву, двери царской «приёмной» распахнулись, Николай увидел сидящих плотным рядом величественных старцев из знатных дворянских родов.

И корнету Лермонтову было предписано срочно отправляться на Кавказ, в армейский полк, в экспедицию против горцев. Про эту встречу бабушки Лермонтова с императором Николаем я услышала давно, ещё когда мой муж, поэт Евгений Маркин, работал в столичной газете и мы жили в писательском дачном посёлке под Москвой.

Однажды Женя приехал с известным поэтом-фронтовиком Сергеем Сергеевичем Наровчатовым (впоследствии главным редактором журнала «Новый мир»).

Зачем пожаловал к нам? Видимо, устал от столичной толкотни.

Помню, взял меня за руку, как ребёнка, ухватил ручку детской колясочки, из которой взирал на мир мой сынишка, кликнул Женю… И вот такой тихой компанией мы покатили в ближайшую рощицу, уже тронутую осенним багрянцем.

И вдруг Сергей Сергеевич спросил:

– Хотите поговорить о Лермонтове, да?

Ещё бы не да! Мы уже знали, что Наровчатов работает над Лермонтовым – жизнь поэта, его творчество, анализ стихов… Вот он и поведал нам о «новом факте» из биографии поэта.

Судьба Лермонтова, гражданина и поэта, началась с Пушкина

А может, это была художественная фантазия? Но в «лермонтовской теме» Наровчатов выступал более всего как исследователь, о чём свидетельствует, к примеру, его интереснейшая книга – «Лирика Лермонтова». К тому же рассказанное им ещё раз подтверждало неоспоримую истину: над Лермонтовым сгущались нешуточные грозовые тучи. Не будь бабушки, кто знает, кто знает…

Стихотворение «Смерть поэта» – подвиг Лермонтова. В сущности, Лермонтов был единственным, кто открыто назвал причины, подтолкнувшие великого поэта к Чёрной речке, к последней черте. Ведь даже самые близкие друзья Пушкина не рискнули публично назвать эти причины. Горевали – да, скорбели – да, и очень искренне… Вот князь Вяземский:

Всем затвердит
рыдающий мой стих:
Что яркая звезда
с родного небосклона
Внезапно сорвана
средь бури роковой…

Ставить в укор автору столь проникновенные строки – несправедливо и бестактно. Но на их фоне ещё явственней звучит гражданская смелость лермонтовского стиха. Выдающийся литературовед, критик Игорь Золотусский говорит о стихотворении Лермонтова: «Это было, если хотите, его 14 декабря, на которое он вышел один, ибо с ним не было восставших полков».

В нашем обычном понимании подвиг – это когда человек, собрав все свои духовные и физические силы, совершает нечто, выходящее за рамки человеческих возможностей, это взрыв, воспарение, чудо! Но чтобы подвиг стал образом жизни… В истории мировой литературы подобного не было. У нас – он был. Лермонтов! После стихотворения на смерть Пушкина он прожил всего четыре года и ещё полгода. Но какими насыщенными они были! И какую надо было иметь гражданскую, да и просто человеческую смелость, чтобы вести постоянный разговор со своим поколением, своим ровесником, не боясь говорить ему горькую правду о нём же самом, открывать ему глаза на него же самого.

Печально я гляжу на наше поколенье!
Его грядущее – иль пусто, иль темно…

Стихотворение «Как часто пёстрою толпою окружён…»:

При диком шёпоте затверженных речей
Мелькают образы бездушные людей,
Приличьем стянутые маски…

Стихотворение «И скучно, и грустно…»:

И жизнь, как посмотришь
С холодным вниманьем вокруг –
Такая пустая и глупая шутка…

Наконец, «Герой нашего времени»: при всём уме, обострённом чувстве чести Печорин – неприкаянный человек. И как быть такому? Грустно.

Но вот ведь что удивительно, хотя на этом почему-то недостаточно акцентируют внимание. При всей резкости оценок своему поколению Лермонтов не отделяет себя от него. Трагедия поколения воспринимается им и как его личная. Он не ментор, не судья, выносящий беспристрастный приговор… Если внимательно вчитаться в его стихи, увидишь, что автор переходит от «они», «вы» к «мы».

И ненавидим мы,
и любим мы случайно…

Прекрасно сознавая, чем может обернуться для него его запальчивая откровенность, поэт тем не менее идёт на неё. Как и на дуэль, на которую вызвал его ничтожнейший прощелыга де Барант – сын французского посла. Дело о дуэли раздули – как говорится, «собрали всё». Хотя француз промахнулся, а Лермонтов выстрелил в воздух. Но… За участие в дуэли поэт был вторично сослан на Кавказ. В Тенгинский полк. Под пули горцев.

Он был человеком необычайной личной отваги. За сражение при реке Валерик представлен к Георгиевскому кресту. Создал великое народно-патриотическое произведение «Бородино» – о мужестве русского солдата, силе русского духа.

«Ребята! Не Москва ль за нами. »
И умереть мы обещали
И клятву верности сдержали
Мы в Бородинский бой…

И в то же время для Лермонтова тема войны – не «ура! ура!». Ведь изначально война – великое страдание и смерти, смерти… Однако человек упрямо воюет, убивая таких же, как он. Когда он действует как освободитель – всё объяснимо, но когда как завоеватель… Поэт приходит – нет, не к выводу – к вопросу, простому и вечному:

Я думал: жалкий человек.
Чего он хочет. небо ясно,
Под небом места много всем,
Но беспрестанно и напрасно
Один враждует он — зачем?

Этот вопрос «Зачем?» – из «военного» стихотворения «Валерик». Он – осуждение не только войны, но и всякой вражды между людьми. После Лермонтова вопрос «Зачем?» зазвучал во всей русской литературе – у Толстого, Достоевского, Шолохова… Толстой говорил, что решить его не может весь девятнадцатый век. Добавим: не смог и двадцатый. А двадцать первый – сможет?

Лермонтов предстаёт перед нами ещё в одной героической ипостаси. Её выделяет Ираклий Андроников: «Как солдат в бою, он подхватил знамя русской поэзии, выпадавшее из рук убитого Пушкина, и стал на его место». Действительно, Пушкина нет, Гоголя не было в России, и он, Лермонтов, – в двадцать с небольшим! – взвалил на себя всю ответственность за русскую литературу, которая лежала на их плечах. И сохранил традиции великих. И развил новые…

Перед его последним отъездом на Кавказ «Отечественные записки» обещали читателю: «Русской литературе готовятся от него драгоценные подарки». Его друг, писатель В. Одоевский, подарил ему чистый альбом размером с небольшую книгу с надписью – «Чтоб возвратил её мне сам и всю исписанную». Заметьте – «сам»! Одоевский был полон тревожных предчувствий. И они сбылись – 27 июля 1841 года у подножия горы Машук.

Судьба Лермонтова, гражданина и поэта, началась с Пушкина – с посвящённых его памяти стихов. С тех пор и до последних дней своих он был духовно связан с дивным пушкинским гением. И даже из жизни ушёл, как Пушкин, – трагически:

Его убийца хладнокровно
навёл удар…

Невероятная схожесть судеб! В истории мировой литературы такой не было. У нас – была.

По свидетельству очевидцев в Пушкине изумляло присутствие духа в самые драматичные минуты жизни. Так, во время кишинёвской дуэли с офицером Генерального штаба Зубовым он под дулом пистолета ел черешни. Этот реальный жизненный эпизод прозвучал в повести «Выстрел»: молодой граф во время дуэли, стоя под дулом пистолета, невозмутимо выбирал из фуражки спелые черешни. Говорят, что, направляясь к месту дуэли с Мартыновым, Лермонтов ел вишни, осторожно доставая их из бумажного кулёчка.

Как всё-таки много схожего… Даже эти наивные вишни…

Послушать стихотворение Лермонтова О подвиге

Темы соседних сочинений