Анализ стихотворения Анненского Маки



Веселый день горит. Среди сомлевших трав
Все маки пятнами — как жадное бессилье,
Как губы, полные соблазна и отрав,
Как алых бабочек развернутые крылья.

Веселый день горит. Но сад и пуст и глух.
Давно покончил он с соблазнами и пиром, —
И маки сохлые, как головы старух,
Осенены с небес сияющим потиром.

С. 86-87.
КЛ. Два автографа окончательной ред. в ЦГАЛИ. Там же -- два других автографа: один под загл. «Маки», другой - без загл. с вар. Опубликован в КЛ. под загл. «Вариант», с подзаг. «Маки в полдень»:

Мертвым сном кануна жизни
Их отравлен яркий жребий,
Сном за тучей липких мух
[Сном на плитах] в тусклом храме,
Сном, где головы старух
Осеняются Дарами.

Примечание: Осеняются Дарами. т. е. потиром (чашей), заключающей в себе вино и хлеб для причащения верующих.

Вариант
Маки в полдень

Безуханно и цветисто
Чей-то нежный сгиб разогнут, —
Крылья алого батиста
Развернулись и не дрогнут.

Все, что нежит — даль да близь,
Оскорбив пятном кровавым,
Жадно маки разрослись
По сомлевшим тучным травам.

Но не в радость даже день им,
Темны пятна маков в небе,
И тяжелым сном осенним
Истомлен их тяжкий жребий.

Сном о том, что пуст и глух
Будет сад, а в нем, как в храме,
Тяжки головы старух.
Осененные Дарами.

2. Смычок и струны

Какой тяжелый, темный бред!
Как эти выси мутно-лунны!
Касаться скрипки столько лет
И не узнать при свете струны!

Кому ж нас надо? Кто зажег
Два желтых лика, два унылых.
И вдруг почувствовал смычок,
Что кто-то взял и кто-то слил их.

"О, как давно! Сквозь эту тьму
Скажи одно, ты та ли, та ли?"
И струны ластились к нему,
Звеня, но, ластясь, трепетали.

"Не правда ль, больше никогда
Мы не расстанемся? довольно. "
И скрипка отвечала да ,
Но сердцу скрипки было больно.

Смычок все понял, он затих,
А в скрипке эхо все держалось.
И было мукою для них,
Что людям музыкой казалось.

Но человек не погасил
До утра свеч. И струны пели.
Лишь солнце их нашло без сил
На черном бархате постели.

С. 87.
«Белый камень». 1908, 1, под загл. «Скрипка».
Три автографа в ЦГАЛИ, один из них с вариантом.

Стихотворение цитируется героем рассказа Б. А. Пильняка "Снега" (1917). Сообщено об этом здесь:
Тименчик Р. Д. Поэзия И. Анненского в читательской среде 1910-х годов // А. Блок и его окружение. Учен. зап. Тарт. ун-та, вып. 680. Блоковский сборник. VI. Тарту: Тартуский гос. ун-т. 1985. С. 108.

Позабудь соловья на душистых цветах,
Только утро любви не забудь!
Да ожившей земли в неоживших листах
Ярко-черную грудь!

Меж лохмотьев рубашки своей снеговой
Только раз и желала она, —
Только раз напоил ее март огневой,
Да пьянее вина!

Только раз оторвать от разбухшей земли
Не могли мы завистливых глаз,
Только раз мы холодные руки сплели
И, дрожа, поскорее из сада ушли.
Только раз. в этот раз.

С. 88.
КЛ. Два автографа в ЦГАЛИ, один из них под загл. «Только раз», с вар. 1-4 стр. (там же список):

О, ты можешь не помнить, что было потом!
Всё равно нам любви не вернуть.
Но не думай забыть под измокшим листом
Ярко-чёрную грудь.

Анализ стихотворения И.Анненского «Среди миров»

Поэтика Иннокентия Анненского вобрала в себя и причудливо синтезировала традиции лирики XIX века, прежде всего, А.С.Пушкина и Тютчева, а также русской психологической прозы. «Это наш Чехов в стихах», - отмечала современная ему критика.
Символика поэта неожиданна и ассоциативна, его образы новаторски самобытны. И. Анненский, отвергая ложный романтический пафос и патетику, повысил в правах стихотворный прозаизм: «Он был преддверием, предзнаменованием всего того, что с нами позже совершилось…», - писала Анна Ахматова.

Лирика И. Анненского была загадочна, но ее загадочность заключается не в сложности, шифрованности и смысловой смутности, а в особой психологической резкости, которая рождается будто из ничего, из «словесного праха», из каких-то пустячных сцеплений: «Среди миров, в мерцании светил…»

Стихотворение И. Анненского «Среди миров» предстает перед нами в форме монолога-исповеди, где воссоздается целый мир чувств и переживаний лирического героя. Стихотворение поражает единством тона, формы и содержания, которое интуитивно ощущается читателем.
Композиционно стихотворение состоит из двух четверостиший, причем каждое из них заканчивается анафорой (повторением одинаковых слов):

Не потому, чтоб я Ее любил,

А потому, что я томлюсь с другими.

Не потому, что от Нее светло,

А потому, что с Ней не надо света.

В последних двух строчках каждого четверостишия автором употребляется прием антитезы (противопоставления). Стихотворный размер данного стиха – ямб (ударение на второй слог), рифма – перекрестная.

Первая и последняя строчка стихотворения внутренне перекликаются – в них сквозит мотив грусти и одиночества лирического героя (лейбмотив). «в мерцании светил», «томлюсь с другими», «сомненье тяжело», «молю ответа», «не надо света». Сам подбор и игра слов, их значений дает понять настроение лирического героя.

Несмотря на то, что автором употребляются главным образом глаголы настоящего времени (повторяю, томлюсь, молю), категория пространства и времени в этом стихотворении не может быть реальной и точно определенной.

Интересным приемом создания образности является здесь употребление прописных букв в словах «Звезда», «Её», «Ней». Тем самым автор подчеркивает важность, незаменимость образа лирической героини (олицетворение)

Само же синтаксическое построение предложений (однородные члены предложения, сложноподчиненные предложения) как бы подсказывает ритмику стихотворения, его интонационное звучание.

Таким образом, поэтические лексика, синтаксис – все это использовано автором для выражения идейно-тематического содержания произведения, и делает поэзию Анненского своеобразной и узнаваемой.

Особенностью символизма И.Анненского является то, что единичное в его поэзии – это свернутое целое. А трагизм, столь присущий произведениям И. Анненского, передан особым приемом «смысловой вспышки», за счет скупого, но точного и верного отбора определений («сомненье тяжело», «мерцании светил»).

В стихотворении «Среди миров» нет ни одного лишнего слова, каждое слово употреблено с исчерпывающим содержанием, внушающей силой и твердостью.

0 человек просмотрели эту страницу. Зарегистрируйся или войди и узнай сколько человек из твоей школы уже списали это сочинение.

/ Анализ стихотворения И. Анненского «Петербург»

Анализ стихотворения И. Анненского «Петербург»

Стихотворение «Петербург» было создано И. А. Анненским в 1909 году, вскоре после событий 1905-1907 гг. известных в русской истории как «первая русская революция». Они сопровождались кровью, насилием, большим количеством жертв.
Итогом этих событий, с одной стороны, стали либеральные и демократические послабления российского правительства. Но, с другой стороны, «русская революция» повлекла за собой усиленную консервативную реакцию.
Думаю, именно события 1905-1907 годов натолкнули Анненского на социально-философские размышления, нашедшие свое воплощение в стихотворении «Петербург». В нем автор размышляет о судьбах России, о тяжелом прошлом нашей страны, о ее истории, наполненной кровью и насилием. Кроме того, в строках этого произведения звучит немой вопрос о настоящем и будущем родины, который для лирического героя решается, скорее, в пессимистическом ключе.
На это настраивают уже строки первой строфы, которая является своеобразной вступительной частью стихотворения. В ней же звучит одна из главных мыслей лирического героя:
Я не знаю, где вы и где мы,
Только знаю, что крепко мы слиты.
О чем или о ком говорит здесь герой? О народе и дворянстве, которых с особой силой разделила «первая русская революция»? О народе и России? В любом случае, лирический герой утверждает, все они – единое целое, неделимое, связанно одной жизнью и судьбой.
Две последующие строфы стихотворения – размышления героя о прошлом его родины. По мнению лирического героя, оно представляет собой не сказки, а «страшные были». Которые связаны, прежде всего, с личностями российских правителей, их политикой, основанной на насилии:
Только камни нам дал чародей,
Да Неву буро-желтого цвета,
Да пустыни немых площадей,
Где казнили людей до рассвета.
Однако и эти жесткие меры не смогли обеспечить спокойствие российскому государству. Об этом повествует следующая часть «Петербурга»:
Царь змеи раздавить не сумел,
И прижатая стала наш идол.
О какой змее говорит поэт? Кого не смог остановить «в темных лаврах гигант на скале»? Кто или что стал «нашим идолом»? Возможно, здесь речь идет о взбунтовавшемся народе. Возможно, поэт имеет в виду что-то более абстрактное и грозное – какую-то высшую силу, злой рок, тяжелую судьбу России. Однако, в любом случае, результат неутешителен:
Ни кремлей, ни чудес, ни святынь,
Ни миражей, ни слез, ни улыбки.
Только камни из мерзлых пустынь
Да сознанье проклятой ошибки.
И – как итог – поэт рисует свое видение грядущего страны: «отрава бесплодных хотений». Это значит, что все изменения, реформы, планы не имеют будущего? Позитивных изменений не может быть, потому что таков менталитет России. Именно поэтому –
Даже в мае, когда разлиты
Белой ночи над волнами тени,
Там не чары весенней мечты,
Там отрава бесплодных хотений.
Стоит отметить, что данное произведение представляет большой интерес не только с идейной, но и с художественной точки зрения. «Петербург» насыщен образами-символами: «камни да страшные были», «орел наш двуглавый», «царь змеи раздавить не сумел, И прижатая стала наш идол», «камни из мерзлых пустынь», помогающими передать авторские размышления.
Язык стихотворения наполнен разнообразными средствами выразительности. Лексический пласт произведения изобилует словами высокого и торжественного стилей (слиты, прошедшее, лавры, пустыни, идол, скакун, святыня, чудеса и т. д. ). Кроме того, «Петербург» насыщен всевозможными тропами. Так, мы можем выделить метафоры: «пустыни немых площадей»; «что было у нас на земле, Завтра станет ребячьей забавой»; «царь змеи раздавить не сумел»; «камни из мерзлых пустынь»; «разлиты Белой ночи над волнами тени»; «чары весенней мечты»; «отрава бесплодных хотений».
Помимо этого, в стихотворении много эпитетов: «немых площадей», «в темных лаврах», «бешеный скакун», «мерзлых пустынь», «весенней мечты», «бесплодных хотений». Есть здесь и антитеза:
Там не чары весенней мечты,
Там отрава бесплодных хотений.
Стихотворение насыщено желтым цветом – цветом тоски, безнадежности, болезни. Передать подобное настроение поэту помогают прилагательные со значением цвета: «желтый пар», «желтый снег», «Нева буро-желтого цвета».
В синтаксическом плане в данном произведении можно выделить следующие приемы: анафору в первой строфе, которая «усиливает» желтый цвет стихотворения, и то настроение, которое создает этот цвет. Кроме того, в «Петербурге» присутствуют повторы и перечисления, которые выполняют ту же функцию, что и анафора: «Ни кремлей, ни чудес, ни святынь, Ни миражей, ни слез, ни улыбки. » Есть здесь и эмоциональные риторические вопросы – «Сочинил ли нас царский указ? Потопить ли нас шведы забыли?» - акцентирующие внимание на важных, с точки зрения поэта, мыслях произведения.
«Петербург» написан довольно сложным размером – трехстопным анапестом с перекрестной рифмовкой, в нем чередуются мужские и женские рифмы (зимы-мы, плиты-слиты).
В совокупности все художественные средства произведения помогают передать глубокие социально-философские размышления Анненского о судьбе России и ее народа в переломную эпоху – на временном стыке двух веков. Поэт создает масштабную картину истории России – охватывает ее прошлое, на основе которого анализирует настоящее и будущее. Мне кажется, выводы автора пессимистичны – несмотря на всю его несомненную любовь к своей родине, он не видит яркого света «в конце тоннеля».

Анализ стихотворения Иннокентия Анненского «Среди миров»

Фамилия Анненского не известна широкому кругу людей, но это не мешает его стихам пользоваться популярностью. Его стихи знакомы многим. Вот только мало кто знает, кому принадлежат эти стихи? Его творческий путь был очень длинным и сложным, славу и признание он получил только после смерти.

Будучи ребенком он серьезно заболел, долгое время он лечился от болезни сердца. Это обстоятельство найдет отражение не только в его жизни, но и лирике.

Известно, что первый сборник стихов не вызвал у читателей особой симпатии. Такие поэты как Брюсов, Блок и Гумилев, решили воздержаться от комментариев. Но Анненский был не огорчен их реакцией, так как понимал, что его стихи достойны своей оценки. Уже более позднее творчество поэта наберет популярность и значимость.

Стихотворение "Среди миров" было опубликовано в посмертном сборнике под названием "Кипарисовый ларец". Инициатива принадлежала сыну поэта, который разобрал старые и перепутанные листки с лирикой отца. Стихотворение очень быстро покорило сердца людей, особенно оно приглянулось композиторам, которые находили его особо звучным. Известно, что популярность стихотворения сохранялась до конца двадцатого века.

Литературный герой стихотворения обращается к "Одной звезде", она для него является олицетворением всего самого лучшего, что можно найти на земле. Звезда является его единственным другом, когда он говорит: "я томлюсь с другими", создается ощущение, что в мире не существует никого, кроме героя и звезды. Он явно обращается к ней, в тяжелые моменты жизни, видя в ней надежду и веру.

Из-за популярности стихотворения ему было уделено детальное внимание. Когда много различных исследователей, поэтов и литераторов, рассматривали истинный смысл данного шедевра. Мнения разделились, под звездой люди понимали разных персонажей. Были те, кто был уверен, что звезда это любимая девушка, которая является воплощением красоты и мудрости. Некоторые выходили за рамки обычной любви, считая. что образ описанный им это не одна конкретный персонаж, а собирательный образ идеальной женщины.

Каждый человек воспримет стихотворение "Среди миров" по своему. Сам поэт не успел рассказать, что именно он подразумевал под своей звездой. МЫ лишь знаем, что он отдал ей большое значение, это особенно видно по последним строкам его стихотворения, которые звучат так: "А потому, что с Ней не надо света."

Рекомендуется к прочтению:

Иннокентий
Анненский

Анализ стихотворения Иннокентия Анненского «Петербург»

В русской культуре сложились два представления о Петербурге, два мифа. Согласно первому, Северная столица — город благословенный, а Петр I, его основатель, — истинный Демиург, сумевший покорить капризную природу. Вторая традиция восприятия — своеобразный антимиф. Петербург рисуется детищем Антихриста, навсегда проклятым местом, где властвуют темные силы. Соединить оба представления впервые удалось Пушкину, причем в одном произведении — знаменитой поэме «Медный всадник». После Александра Сергеевича мифы вновь расходятся. Их повторное слияние происходит в литературе двадцатого столетия — в творчестве Гумилева, Ахматовой, Мандельштама, Блока. Стихотворение «Петербург» написано Анненским под впечатлением от страшных событий 1905-1907 годов — так называемой Первой русской революции, начавшейся как раз в Северной столице. Первый раз произведение было опубликовано уже после смерти автора — в 1910-ом, в журнале «Аполлон». В нем поэт обращается к антимифу, изображая город на Неве с обратной, непарадной стороны.

Цветовая символика стихотворения (три раза упомянут желтый) отсылает читателей к самому петербургскому роману — «Преступлению и наказанию» Достоевского. У Федора Михайловича цвет этот обозначал главным образом болезненность. Действительно, что еще может породить город, построенный на болотах и постоянно продуваемый холодным ветром с Финского залива? Важную роль в стихотворении играют мифологемы. Анненский говорит об основании Петербурга, Петре I, Неве, белых ночах, Медном всаднике. Интересно, что процесс создания города, которому посвящена вторая строфа, безличен. Получается, будто даже великий император к нему имеет опосредованное отношение. Больше того — по Анненскому, у Северной столицы и прошлого-то толком нет. Романтического флера лишает поэт знаменитые белые ночи. Это время для него — не пора мечтаний и фантазий. Для них придумана достаточно жесткая характеристика. Белые ночи в понимании Анненского — «отрава бесплодных хотений». Зыбкость и бессмысленность царит в Петербурге. Неопределенность — едва ли не главное ощущение.

Петр Великий предстает в стихотворении в двух ипостасях. Первая — злой чародей, сумевший дать жителям Северной столицы только камни, Неву буро-желтого цвета, пустыни немых площадей, где казнили людей. Вторая — Медный всадник. В этом образе император неожиданно приобретает человеческие черты. Сила здесь сочетается со слабостью. Грозный и смелый царь не может раздавить змею, оставаясь в зависимости от потустороннего зла.

Есть место в стихотворении и прогнозам, касающимся дальнейшей судьбы Российской Империи. Как настоящий поэт, Анненский оказался провидцем. В четвертой строфе — ключевой для всего произведения — он говорит о том, что двуглавый орел в скором времени станет забавой для детей. Речь идет о падении старого строя через уничтожение одного из основных его символов. В данном случае Иннокентий Федорович наглядно демонстрирует, что произойдет немногим позже — в 1917 году, когда к власти придут большевики, впоследствии постаравшиеся максимум сил приложить для уничтожения следов царизма. Описывая падение многовекового режима, Анненский использует оксюморон — гиганта на скале свергают дети, словно Гулливер оказывается игрушкой в руках лилипутов.

Иннокентий Федорович скоропостижно скончался в конце ноября 1909 года на ступенях петербургского Царскосельский вокзала. Он не успел вырваться из зловещей Северной столицы в столь дорогое его сердцу Царское село, которое поэт считал миром чудес и гармонии.

Жёлтый пар петербургской зимы,

Жёлтый снег, облипающий плиты.

Я не знаю, где вы и где мы ,

Только знаю, что крепко мы слиты.

Сочинил ли нас царский указ?

Потопить ли нас шведы забыли?

Послушайте стихотворение Анненского Маки

Темы соседних сочинений