Анализ стихотворения Ахматовой Заболеть бы как следует



LiveInternet LiveInternet

Заболеть бы как следует в жгучем бреду - Анна Ахматова

Анна Андреевна Ахматова один из крупнейших русских поэтов XX века, писатель, литературовед, литературный критик, переводчик. Признанная классиком отечественной поэзии ещё в 1920-е годы, подвергалась замалчиванию, цензуре и травле. Многие её произведения не были опубликованы не только при жизни автора, но и в течение более чем двух десятилетий после её смерти.

Ахматова самая характерная героиня своего времени, явленная в бесконечном разнообразии женских судеб: любовницы и жены, вдовы и матери, изменявшей и оставляемой.

Анна Ахматова относится, пожалуй, к разряду тех женщин, которых, увидев раз, уже не забывают. Помимо своего яркого поэтического дарования, она обладала еще и необыкновенно выразительной внешностью. Доказательством тому служат многочисленные воспоминания современников, отмечающих характерные особенности ее облика, необыкновенную манеру держаться и говорить. Более того, многие художники, скульпторы и фотографы почитали за честь запечатлеть ее легендарный чеканный профиль, знаменитую челку и королевский стан..

Загрузка...

Заболеть бы как следует в жгучем бреду
Музыка и исполнение Злата Раздолина
Стихи Анна Ахматова

Просьба сообщить, если видео не работает

Заболеть бы как следует, в жгучем бреду
Повстречаться со всеми опять,
В полном ветра и солнца приморском саду
По широким аллеям гулять.

Даже мертвые нынче согласны прийти,
И изгнанники в доме моем.
Ты ребенка за ручку ко мне приведи,
Так давно я скучаю о нем.

Буду с милыми есть голубой виноград,
Буду пить ледяное вино
И глядеть, как струится седой водопад
На кремнистое влажное дно.

анализ стихотворениятАхматовой "Заболеть бы как следует. " по плану

аня ро Ученик (96), закрыт 3 месяца назад

1.фактические коментарии.
2.жанровое своеобразие
3.структура стихотворения( форма строфы,размер)
4.илейное содержание:
-внешнее впечатление
-эмоциональная окраска чувств
-преобладание общественных и личных интонаций
-лирический герой. его характеристика
-синтаксические фигуры
5. сопоставление основных словестных образов
7. ведущая тема
8. основная мысль

Ноль Абсолютный Знаток (352) 3 года назад


«Таинственный песенный дар» - так сама Ахматова называла свою способность к стихосложению. Таинственность этого дара как нельзя более ярко проявляется и в данном произведении: читателю не дано узнать, почему именно в бреду может состояться встреча с любимыми лирической героиней людьми, почему для общения с ними ей жизненно необходимы болезнь, страдания, муки. Семантика болезненного состояния активно выражена в лексике произведения, воспроизводящей физические желания субъекта галлюцинирующего сознания: его желание свежего воздуха ( «в полном ветра и солнца приморском саду»). его стремление к свободе и простору («по широким аллеям гулять»). его жажду, которую способна облегчить только ледяная вода («буду пить ледяное вино / и глядеть, как струится седой водопад / на кремнистое влажное дно»). Семантика болезни связывается в стихотворении с семантикой смерти («даже мертвые нынче согласны прийти» ) – тяжелая болезнь, которой так страстно желает лирическая героиня, должна поставить ее на грань жизни и небытия. И только это пограничное, предельное состояние является залогом ее встречи с умершими, к которым приравниваются и изгнанники: еще живущие, но уже умершие исключительно для нее, покинутые ею, насильно забытые, исключенные из круга общения, - те люди, встреча с которыми в этой жизни по разным причинам (собственная гордость, чужая вина, предательство, обман, измена) уже невозможна.

Анна Ахматова и Крым

С 1897 по 1909гг. Аня Горенко жила на морских берегах вокруг Севастополя – от Балаклавской бухты через мыс Фиолент и Георгиевский монастырь наверху, древний Херсонес, Графскую пристань до Екатерининской улицы, на которой стоял и стоит дом Антона Горенко – Аниного дедушки. Немалый срок: с восьми и до двадцати лет – почитай, значительную часть детства и всю юность, до самого замужества. И если учесть, что, проживая свою взрослую жизнь, мы все время невольно проецируем все происходящее с нами на наши детские и юношеские воспоминания, представления и мироощущения, то не являются ли эти ранние годы определяющими, то есть главными… Если так, то вполне резонно считать, что и личностью, и известной поэтессой — будущей «Анной всея Руси», как назвала ее потом Марина Цветаева, Анна Ахматова стала именно здесь, в Крыму. Да собственно, здесь же в 11 лет она и начала писать… И стихи, и свою автобиографическую прозу. Позднее Анна Андреевна говорила, что она сама, как и все ее литературное поколение, произошла, по сути, из Иннокентия Анненского – ее и Колиного (Гумилева) учителя русской словесности, директора гимназии и преподавателя в Царском селе. Но с ее же слов: «Царское было зимой, Крым – летом»…

akhmatova.docx

Предварительный просмотр:

Министерство образования и науки, молодежи и спорта Республики Крым

Анна Ахматова и Крым

ученица 11-в класса

школы-гимназии № 1 г. Судака

Китоне Елена Ивановна,

учитель русского языка и литературы

школы гимназии № 1 г. Судака

Глава 1. «Крымские мотивы» в ранних стихах Ахматовой………………….4-8

1.1. Семья Горенко. Автобиографические заметки о детстве. Первый публикации……………………………………………………………………. 4-5

1.2. Встреча с Н. Гумилёв. Поэма «У самого моря». Крымская тема в годы первой мировой войны…………………………………………………………6 - 8

Глава 2. Лирическая героиня Ахматовой и «крымское влияние» на творчество поэтессы…………………………………………………………11-15

2.1. Второй и последний приезд в Крым. Жизнь в Севастополе(1916 г.). Цикл «Шестнадцатый год»………………………………………………………. 9-10

2.2. 1917 г. Отклик на террор в Севастополе. Мечты о Крыме(1922 г.)…11-12

2.3. «Крымское влияние» в поэме «Путём всея земли». «Чувство моря» в последних стихах Ахматовой……………………………………………….13-15

Признанная классиком отечественной поэзии еще в 1920-е годы Ахматова подверглась замалчиванию, цензуре и травле (включая постановление ЦК ВХП(б) 1946 г. не отменённые при ее жизни) многие произведения не были опубликованы на родине не только при жизни автора, но и в течение более чем двух десятилетий после ее смерти. В то же время имя Ахматовой еще при жизни окружала слава среди почитателей поэзии как в СССР, так и в эмиграции.

Некоторые страницы ее биографии представляют интерес до настоящего времени. В частности «крымская тема» в творчестве Ахматовой» является литературно значимой, так как скупо представлена в современном литературоведении, хотя любовь к Крыму пронизывают всю личную и поэтическую биографию поэтессы.

В1986-1903 гг. Ахматова каждое лето проводила с родителями под Севастополем на даче «Отрада». Своё детство она описала в поэме «У самого моря»(1914), «коротко о себе» и «Дом Шухардиной». Потом она еще дважды возвращалась в Крым.

Предметом нашего исследования является отражение крымских впечатлений в творчестве Анны Андреевны Ахматовой, формирование глубокой и искренней привязанности поэтессы к Крыму.

Цель данной работы – через анализ поэтических строк, личных записей автора доказать, что крымские впечатления являются сквозным мотивом многих ранних стихотворений и также упоминаются и в поздней лирике Ахматовой.

Объектом исследования являются стихотворные циклы и отдельные стихотворения:

«У самого моря» (1916 г.), «Вновь подарен мне дремотой» (1916 г.),

«Путём всея земли» (1940 г.), «Реквием» (1935-1940 гг.)

«Поэма без героя» (1943 г.).

В настоящее время представляется актуальным возродить те аспекты литературного творчества поэтессы, которые были связаны с её пребыванием в Крыму, чтобы внести еще одну страницу в литературный атлас Крыма.

Глава 1. «Крымские мотивы» в ранних стихах Ахматовой.

1.1. Семья Горенко. Автобиографические заметки о детстве. Первый публикации.

В 1889 году на Большом фонтане возле Одессы в семье отставного капитана второго ранга, инженера-механика Андрея Антоновича Горенко родилась дочь. Она была средней среди братьев и сестер. Род Горенко - из казачьей старшины. Потомственное дворянство получил Антон Андреевич Горенко(дед), защитник Севастополя, военный моряк, женившийся на крымчанке полугреческого происхождения. Предки ее были корсаками (по семейному преданию). Ахматовский нос с горбинкой – от бабушки-гречанки. Имя Анна получила по желанию матери, в честь евангельской пророчицы и бабушки Анны Егоровны Стоговой, урожденной Мотовиловой. Псевдоним «Анна Ахматова» возник благодаря прабабушке Прасковье Федосеевне Мотовиловой, урожденной Ахматовой, ведущий свой род от ордынского хана Ахмата, о котором писал Н. Карамзин: «Стоговы – из новгородских бояр, были в родстве с Денисом Давыдовым, с первой русской поэтессой Анной Буниной и писательницей Елизаветой Ахматовой». Установить сам факт пребывания Ахматовой в Крыму и «крымское происхождение» многих ее строк не представляет особого труда. Следует, однако оговорится: воспоминаний о пребывании поэтессы в Крыму не обнаружено; а в её собственных воспоминаниях крымские страницы заполнены весьма скупо и неравномерно.

В одном из вариантов автобиографических заметок Ахматова писала о своем детстве: «Каждое лето я проводила под Севастополе, на берегу Стрелецкой бухты, и там подружилась с морем. Самое сильное впечатление этих лет – древний Херсонес, около которого мы жили». В другом варианте этих заметок сказано, что она получила прозвище «дикая девочка», бросалась с лодки в открытое море, купалась во время шторма, загорала до того, что с нее сходила кожа, и всем этим шокировала провинциальных севастопольских барышень. Воспоминание записывались полвека спустя, а еще раньше поэтесса сказала о своем детстве словами поэмы «У самого моря».

Бухты изрезали низкий берег,

Все паруса убежали в море,

А я ушла в соленую косу

За версту от земли на плоском камне,

Ко мне приплывала зелёная рыба,

Ко мне прилетала белая чайка,

А я была дерзкой, злой и веселой

И вовсе не знала, что это – счастье.


Затем следует еще одна крымская страница: «В 1905 г. мои родители расстались и мама с детьми уехала на юг. Мы целый год прожили в Евпатории, где я дома проходила курс предпоследнего класса гимназии, тосковала по Царскому Селу и писала великое множество стихов. Отзвуки революции Пятого года глухо доходили до отрезанной от мира Евпатории». В связи с жизнью в Евпатории Ахматова в одной из заметок делает примечание: «бедность». Её семья жила в Крыму – и сама она, и ее сестры болели туберкулезом. Судя по отрывочным данным, в эти годы Ахматова еще раз или два приезжала в Севастополь.

В это время Ахматова продолжает писать стихи: встретившаяся ей на крымском берегу Муза не оставляет ее, хотя их отношения складываются совсем не просто. Тем не менее первая публикация состоялась уже в 1907 г. а в 1912 г. выходит в свет первый сборник «Вечер», принесший Ахматовой литературную известность. Правда, ни в одном из стихотворений сборника Крым не назван, но с некоторой долей вероятия к крымским стихам можно отнести «Рыбака» и «Сладок запах диких виноградин…»

1.2. Встреча с Н. Гумилёв. Поэма «У самого моря». Крымская тема в годы первой мировой войны.

После замужества (1910 г.) Ахматова живет в Царском селе под Петербургом, путешествует по Европе. О раннем ее формировании знал, может быть, один ее муж, Николай Гумилёв, летами ее старше лишь на три года, но к началу 10-х годов уже признанный лидер нового, постсимволисткого течения. Наиболее известное название которого – акмеизм. Вскоре Гумилёв писал ей: «Твои строки о «приморской девчонке»…мало того, что нравятся мне, они меня пьянят. Так просто сказано так много…». Казалось бы, крымские впечатления должны были потускнеть и заслонится новыми. Этого все же не происходит. В стихотворения 1913 г. они настолько бесспорны, что не требуют комментариев:

Стать бы снова приморской девчонкой,

Туфли на босу ногу надеть,

И закладывать косы коронкой,

И взволнованным голосом петь.

Все глядеть бы на смуглые главы

Херсонесского храма с крыльца

И не знать, что от счастья и славы

Безнадежно стареют сердца.

Севастопольский период сохранился в памяти Ахматовой не только во всем обаянии первозданности и естественности, но и приобрёл его временем даже характер идеала, образа жизни, к которому хотелось бы вернуться. Настроением этим проникнута и упомянутая нами поэма «У самого моря».

Поэма была написана в деревне Сленнево около Бежецка летом 1914 г. когда уже началась первая мировая война. В ней, по собственному признанию, Ахматова «простилась со всей херсонесской юностью».

А своего рода начальным импульсом послужило одно из стихотворений Александра Блока. Сохранился отзыв и самого А. Блока о поэме. Отметив присутствие в ней «отрадного, свежего» и сделав несколько частичных замечаний, Блок советует Ахматовой «Тоже» и «Сюжет»; не надо мертвого жениха, не надо кукол, не надо «экзотики», не надо уравнений с десятью неизвестными: надо еще жестче, больнее.»

Но если сюжетную конструкцию поэмы, разного рода театрализованные облачения и декларации не приемлет, то что тогда вызывало у него «отрадное» и «свежее» чувство? Несомненно, это и за. поэмы (приведенной в начале нашего рассказа) и картины севастопольского побережья в разные времена когда, и «языческие» черты характера юной героини.

Присмотримся повнимательнее к таким строчкам:

Я собирала французские пули,

Как собирают грибы и чернику,

И приносила домой в подоле

Осколки ржавые бомб тяжелых

И говорила сестре сердито:

«Когда я стану царицей,

Выстрою шесть броненосцев

И шесть кононерских лодок,

Чтобы земли мои охраняли

До самого Фиолента…

Несомненно, вещи времен «севастопольской страды» обретают под. поэтессы глубокое значение символов. Но почему у девочки-подростка возникает желание построить флот, да еще такого определенного состава?

Чем все это навеяно?

По-видимому, Ахматовой в детстве не раз приходилось слышать профессиональные разговоры моряков того времени. Ее отец был инженером-механиком флота, тетка постоянно жила в Севастополе.

Естественно поэтому, что в приведенных выше строчках своеобразно и прихотливо отразилась среда, где прошло детство и юность поэтессы.

В годы первой мировой войны крымская тема время от времени звучит в ее творчестве: в лирических стихотворениях «Разлука» и «Чернеет аллея приморского сада…» (1914), в строчках, посвященных встрече с Музой (стихотворение «Муза», 1915), и в первой части «эпических мотивов» (1916). Но похоже было, что крымская тематика, после бурного всплеска поэмы «У самого моря», отходит на второй план и вот-вот совсем угаснет.

Глава 2. Лирическая героиня Ахматовой и «крымское влияние» на творчество поэтессы.

2.1. Второй и последний приезд в Крым. Жизнь в Севастополе(1916 г.). Цикл «Шестнадцатый год»

И вдруг неожиданны поворот судьбы: разрыв с мужем. Причины не совсем ясны. Происходит это в конце 1916 г. (правда, развод в современном понимании был оформлен два года спустя). Этот разрыв был большим потрясением: обоих связывало и знакомство с детских лет, и сильное некогда чувство, и сын, и общая литературная деятельность. Поэтесса снова приезжает в Крым, некоторое время живет на даче в Бельбекской долине в гостях Юнии Анреп, жены художника критика Бориса Анрепа, совершает поездку в Бахчисарай. Живет она и в Севастополе ( на улице Большой Морской). на берегу Песочной бухты, но в немеченой много лет спустя книге воспоминаний «Мои полвека» глава «Севастополь, 1916 год» осталась ненаписанной. Во время посещения Крыма поэтесса пишет несколько стихотворений, которые войдут позднее в цикл «Шестнадцатый год». Переживание героини резко колеблются от почти отчаяния (« Когда мрачнейший из столиц…») до некоторой просветленной успокоительности («Судьба ли так моя переменилась..»). Вспоминаются и чувства, связанные с Крымом. Да, любовь имела глубокий естественный смысл (« Все обещало мне его…»), хотя и несла в себе – это уже другое стихотворение на ту же тему – отпечаток душевной драмы, печальной неизбежности («По неделе ни слова ни с кем не скажу…»).

Роль крымской природы в цикле «Шестнадцатый год» многопланова, и это относится, пожалуй, не только к данному циклу, но и ко всем стихам Ахматовой, где действие происходит в Крыму. В одних случаях природа успокаивает терзания и смягчает боль, в других – только обостряет переживание, в третьих – способствует и тому и другому одновременно, что прослеживается, например, в стихотворении «Вновь подарен мне дремотой»:

Вновь подарен мне дремотой

Наш последний звездный рай-

Город чистых водометов,

Очарование маленького городка, красота осеннего пейзажа – такая умиротворяющая обстановка, но победить горечь утраты природе не под силу, разве что смягчить:

Чтобы песнь прощальной боли

Дальше в памяти жила,

Осень смуглая в подоле

Красных листьев принесла…

Как полагает известный советский ученый В.М. Жирмунский. это стихотворение связано с именем критика Н.В. Недоброво, опубликовавшего в том же 1916 г. статью о творчестве поэтессы, где он оценил ее талант как непреклонный и сильный. Критик и поэтесса, судя по ее стихотворения много времени (некоторые из них с посвящением «Н.В.Н.»), были знакомы и лично, близко знакомы, но чувству любви между ними не суждено было развиться. И хотя точных дат приезда в Крым Недоброво и Ахматовой нигде не приводится, а стихотворение ее имеет посвящение, вполне возможно, что такое драматическое прощание действительно имело место.

2.2. 1917 г. Отклик на террор в Севастополе. Мечты о Крыме(1922 г.)

А в следующем году грянула революция. Дважды (это отразилось в стихотворениях 1917 и 1922 гг.) поэтесса отказалась эмигрировать, то есть поступила так же, как в Крыму поступили Сергеев-Ценский, Волошин и Вересаев. Ахматова живет в эти годы на севере, но вести из Крыма доходят до неё. Откликом на кровавый разгул анархизма в Севастополе осенью 1917 г. является стихотворение «Для того ль тебя носила…», где поэтесса рассказывает о бессмысленной гибели молодого офицера, расстрелянного на Малаховом кургане. Об этих событиях более подробно повествует роман А. Малышкина «Севастополь». А беспричинные расстрелы офицеров анархистами, как известно, были осуждены и В. Вишневским в его «Оптимистической трагедии» ( к слову писатель работал над ней и в Крыму, в Севастополе).

Мечта снова оказаться в Крыму появляется у Ахматовой в 1922 г. она пишет:

Заболеть бы как следует, в жгучем бреду

Повстречаться со всеми опять,

В полном ветра и солнца приморском саду

По широким аллеям гулять.

Буду с милыми есть голубой виноград,

Буду пить ледяное вино

И глядеть, как струится седой водопад

На кремнистое влажное дно.

Судя по этим строкам, у поэтессы были в Крыму в дореволюционное время знакомые, с которыми она хотела восстановить связи. Добиться этого ей, по-видимому, не удалось, что смогло быть одной из причин появившегося затем желание «захлопнуть крымскую страницу»

Вижу я сквозь зеленую муть

И не детство мое, и не море

И не бабочек брачный полет

Над грядкой белоснежных нарциссов…

А застывший навек хоровод

Надмогильных твоим кипарисов.

Это строки из стихотворения, написанного в 1928 г. Такого рода контраст кипарисов с живой жизнью в поэзии же был новым, его можно встретить и в крымских строках Ивана Бунина, а меланхолический орёл этого дерева, подкреплённые античной легендой, не так уд мрачнее, скорее просветлен. Кипарисы в Крыму растут и на кладбищах, но ведь не только там, и потому их сложно воспринимать как своего рода образ вечной памяти».

Расставание с прошлым – закономерный этап в поэтическом творчестве. (Ведь и Пушкин в «Путешествиях Онегина» вспоминает свои чувства при виде «берегов Тавриды», одновременно уведомляя читателя, что «теперь их нет»). Всё же расставание оказалось не окончательным. Поэтесса постоянно включает крымские стихотворения в свои сборники.

2.3. «Крымское влияние» в поэме «Путём всея земли». «Чувство моря» в последних стихах Ахматовой.

В 1928 г. лечась от астмы Ахматова проводит один из осенних месяцев в Гаспре. Это был не первый ее приезд на Южный берег. Однако, судя по имеющимся данным, в Крым Анна Андреевна больше не приезжала.

Трудно сказать однозначно об отношении поэтессы к Южному берегу Крыма. В своих произведениях – либо в самом тексте, либо в подписях к нему – поэтесса обозначает Севастополь и Бахчисарай. Не упоминается Южнобережье и в воспоминаниях. Что же касается тех стихотворений, где именно действие прямо не названо, то они, скорее всего связаны с Севастополем, вряд ли с Ялтой. Впрочем, есть у Ахматовой строки, из которых можно понять, что она бывала в горном Крыму, и возможно,что упомянутый ею в стихотворении «заболеть бы как следует…» водопад – это Учан-Су.

Пребывание в Гаспре непосредственно не жало каких либо поэтических результатов. К крымской теме Ахматова возвращается одиннадцать лет спустя. В небольшой поэме «Путём всея земли», написанной в марте 1940 г. она переосмысливает весь свой прежний крымский опыт.

От старой Европы

Где в облаке дыма

И вот уже Крыма

Я плакальщиц стаю

Над мертвой медузой

Здесь встретилась с Музой.

С перспективы 1940г. когда в Европе пела уже вторая мировая война,
Ахматова как бы концентрирует и обобщает все, что связанно в ее творческой биографии с Крымом. И сам полуденный край наказан двумя – тремя сильными и яркими мазками, без оттенков: «гряда Крыма» - как самая характерная его черта, - голубое небо и мертвые медузы.

Под своим собственным именем Крым в дальнейшем творчестве поэтессы больше не выступает, но в стихам времени Великой Отечественной войны есть несколько строчек, которые могут быть отнесены к Крыму.

В эпилоге «Поэмы без героя» Ахматова пишет:

Это где-то там у Тобрука,

Это где-то здесь за углом.

Тобрук, военно-морская крепость союзников в Ливии, играл в 1941-1942 гг. такую же роль, как Одесса и Севастополь и Тобрука обменивались приветствиями как раз незадолго до того, как Ахматова написала эти строки. А в осажденном Севастополе война действительно была «где-то здесь за углом».

Вторая часть цикла «Победа»

Посвящена морякам и войне на море:

Вспыхнул над морем первый маяк,

Других маяков предтеча –

Заплакал и шапку снял моряк,

Что плавал в набитых смертью моряк

Вдоль смерти и смерти навстречу.

Дочь военного моряка хорошо представляла себе, что такое война на море, когда противник занял значительную часть берега, как это было в Крыму.

В творчестве Ахматовой послереволюционного периода можно заметить и другие следы «крымского влияния», в частности, своеобразное «чувство моря», которое прослеживается вплоть до последних ее стихотворений. В эпилоге поэмы «Реквием»(10 марта 1940 г.) Ахматова с болью и горечью пишет о «литературном» памятнике её жизни и творчеству:

А если когда-нибудь в этой стране

Воздвигнуть задумают памятник мне,

Согласье на это даю торжество,

Но только с условьем – не ставить его

Ни около моря, где я родилась:

Последняя с морем разорвана связь…

Но всё же именно в Крыму, в Крымской астрофизической обсерватории астрономы Л.Г. Карачкина и Л.В. Журавлёва назвали в честь Анны Андреевны Ахматовой малую планету, открытую ими 14 октября 1982 г. (3067) Akhmatova, увековечив имя великой поэтессы.

С Крымом связаны добрых два десятка произведений, отдельные стихотворения различных лет, поэтический цикл, первая поэма целиком, целая часть другой, строчки из третьей. Несколько образов лирических героинь (от «приморской девчонки» до взрослой женщины), первая встреча с Музой ( то есть ни много ни мало – начало творчества!), отзвуки нескольких войн ( от Крымской до Великой Отечественной), картины пейзажа, быта и истории Крыма - все это целый мир, блистающий светлыми и трагическими красками.

В данной работе в результате анализа стихотворных циклов и отдельных стихотворений А. Ахматовой («У самого моря» 1916 г, «Вновь подарен мне дремотой» 1916 г, «Шестнадцатый год», «Путём всея земли» 1940г, «реквием» 1935-1940, «Поэма без героя» 1943г.), были сделали следующие выводы:

«Крымская тема» в творчестве Ахматовой представлена немногими произведениями, большей частью это поэтическое отражение впечатлений о детстве и юности отдельные эпизоды в более поздних произведениях автора.

Но следует отметить, что внутренняя, глубинная «связь» поэтессы с Крымом не прерывалась никогда. Лишь в «Реквием» она воскликнет: «…последняя с морем оборвана связь».

«Крымские» страницы её творчества связанны с пребыванием в Севастополе, Бахчисарае стали своеобразным идеалом, тем образом жизни, к которому она хотела бы вернуться.

Переосмысление «Крымской темы» в творчестве поэтессы и обусловило становление её лирической героини, сделав неповторимым образ «приморской девчонки», а затем зрелой женщины.

Сам Крым, «» Херсонесская юность» Ахматовой обогатили внутреннее содержание её поэм и стихов, особенно тех, что непосредственно связаны с Крымом. И в этом аспекте рассмотрение её творчества являет неподдельный интерес для исследователя.

В заключении следует сказать, что поэтическое наследие автора обогатило литературную летопись Крыма и принесло новые неповторимые оттенки в творческое наследие поэзии XIX, XX веков.

  1. Бернадский С. «Здесь встретился с музой…»(А.А. Ахматова)//Крымские каникулы: сборник – Симферополь: Таврия, 1981 – С 279-287
  2. В. Виленкин
  3. Павловский А.И. Анна Ахматова. Жизнь и творчество: книга для учителя – М. Просвещение, 1991-92с:ил
  4. Поляков Ю. Молитвенные дни Анны Ахматовой. В Евпатории вспомнили о 120-летии великого русского поэта//Крым время-2009-2 июля-с20
  5. Фролова В. На изломе века – Черновцы: Дар, 1995-94с:ил

Анна Ахматова — Заболеть бы как следует, в жгучем бреду

Zabolet by kak sleduyet, v zhguchem bredu
Povstrechatsya so vsemi opyat,
V polnom vetra i solntsa primorskom sadu
Po shirokim alleyam gulyat.

Dazhe mertvye nynche soglasny pryti,
I izgnanniki v dome moyem.
Ty rebenka za ruchku ko mne privedi,
Tak davno ya skuchayu o nem.

Budu s milymi yest goluboy vinograd,
Budu pit ledyanoye vino
I glyadet, kak struitsya sedoy vodopad
Na kremnistoye vlazhnoye dno.

Pf,jktnm ,s rfr cktletn, d ;uextv ,htle
Gjdcnhtxfnmcz cj dctvb jgznm,
D gjkyjv dtnhf b cjkywf ghbvjhcrjv cfle
Gj ibhjrbv fkktzv uekznm/

Lf;t vthndst ysyxt cjukfcys ghbqnb,
B bpuyfyybrb d ljvt vjtv/
Ns ht,tyrf pf hexre rj vyt ghbdtlb,
Nfr lfdyj z crexf/ j ytv/

ele c vbksvb tcnm ujke,jq dbyjuhfl,
,ele gbnm ktlzyjt dbyj
B ukzltnm, rfr cnhebncz ctljq djljgfl
Yf rhtvybcnjt dkf;yjt lyj/

О мистических прогулках в стихах А. А. Ахматовой Текст научной статьи по специальности «Литература. Литературоведение. Устное народное творчество»

Аннотация научной статьи по литературе, литературоведению и устному народному творчеству, автор научной работы — Куликова Елена Юрьевна

Рассматривая мистические прогулки в стихах А.А. Ахматовой («Заболеть бы как следует, в жгучем бреду», «Все души милых на высоких звездах»), автор анализирует особенности пространственной организации прогулок-встреч, находящихся на границе реального и ирреального миров, а также отмечает переклички с поэтическими текстами М.Ю. Лермонтова и М. Кузмина.

Выпуск: 5 том 59 / 2011

Похожие темы научных работ по литературе, литературоведению и устному народному творчеству. автор научной работы — КУЛИКОВА ЕЛЕНА ЮРЬЕВНА,

Текст научной работы на тему «О мистических прогулках в стихах А. А. Ахматовой». Научная статья по специальности «Литература. Литературоведение. Устное народное творчество»

отрезок биографического мифа, в домысливании которого авторы были относительно свободны, и при этом «прижизненная» часть биографии не обнаруживала существенных расхождений с официальной версией, то Перумов, Олди и Норштейн вольно заимствовали отдельные элементы гумилёвского мифа, не заботясь ни о мотивировке перенесения поэта в сотворенные ими миры, ни о хронологической отнесенности формируемого образа персонажа к «общепринятой» гумилёвской биографии. Заметный налет мистицизма отмечается и в сублитературном бытовании гумилёвского мифа. В качестве примера можно вспомнить историю о сонете Л.М. Райфельда -якобы результате его «оккультно-поэтической» переписки с покойным поэтом [6].

Таким образом, гумилёвский миф утрачивает рамки хронотопической отнесенности и начинает функционировать в современной литературе как веер возможностей: реальная гумилёвская биография воспринимается как один из множества вариантов, «отражений», проекций вневременного, сошедшего с небес во имя исполнения миссии посланника высших миров.

Изучение принципов и закономерностей мифологизации образа Н.С. Гумилёва не только помогает ориентироваться в разночтениях, встречающихся у биографов поэта и во многом обусловленных давлением мифологического канона, но и способствует более глубокому пониманию современного литературного процесса, неотъемлемой частью которого является мифологизация наиболее значимых в истории литературы имен.

о МИСТИЧЕСКИХ ПРОГУЛКАХ В СТИХАХ А.А. АХМАТОВОЙ

Рассматривая мистические прогулки в стихах А.А. Ахматовой («Заболеть бы как следует, в жгучем бреду», «Все души милых на высоких звездах»), автор анализирует особенности пространственной организации прогулок-встреч, находящихся на границе реального и ирреального миров, а также отмечает переклички с поэтическими текстами М.Ю. Лермонтова и М. Кузмина.

Ключевые слова: пространство, движение, динамический аспект, зеркало, двойничество.

Возвращение и воспоминание, пожалуй, основные мотивы в лирике А.А. Ахматовой: именно через них читателю открывается ее мир, наполненный встречами с друзьями, живыми и умершими; поэтами - современниками (О.Э. Мандельштам, Б.Л. Пастернак,

Н.С. Гумилёв, М.И. Цветаева и др.) и классиками (А.С. Пушкин, Данте); городами и любимыми местами; вещами и образами, забытыми и всплывающими в подвалах памяти. Иногда Ахматова описывает пир или карнавал с мертвецами, воскрешенными силой ее любви, а иногда - прогулку по дорогим сердцу местам: Царскосельским аллеям или между царственных лип Летнего сада, по улицам Петербурга сквозь мягко падающий снег или по твердому гребню сугроба в таинственный дом, вдоль круглого луга и неживой воды в холмистом Павловске или по белеющей в чаще изумрудной дороге.

В стихотворении «Заболеть бы как следует, в жгучем бреду.» встреча с потерянными «милыми» возможна лишь в состоянии сна-бреда, вызванного тяжелой болезнью, когда чувствуешь себя на границе жизни в преддверии смерти. однако именно это состояние манит к себе героиня, потому что мечтает о нездешнем свидании в «приморском саду», о голубом винограде и ледяном вине, которые можно разделить с утраченными возлюбленными. Мистическое свидание мыслится как райская прогулка «по широким аллеям», наполненным теплом солнца и запахом ветра. Это возвращение в мистическое будущее, подобное когда-то пережитому, но не забытому. Мечта создает картину ирреальной прогулки, напоминающей прежде бывшие, но невозможные сейчас.

Во второй строфе стихотворения пространство из приморского сада перемещается в дом, который наполняют гости - мертвые и изгнанники. Сюжет встречи с мертвецами напоминает пушкинского «Гробовщика», но у Ахматовой акценты изменены: это встреча, которую она жаждет и которая наполнит ее счастьем и светом, так не хватающим ей в бытии. Характерно, что среди пришедших есть и погибшие, и живые - те, с кем свидание невозможно. сын упомянут в контексте встречи за гробом с его отцом (Ты ребенка за ручку ко мне приведи [1, т. 1, с. 388]). Н.В. Королева, комментируя стих, отмечает, что это «непосредственное обращение к казненному Н.С. Гумилеву» (Там же, с. 879).

Ю.К. Щеглов отмечает «способность ЛГ (лирической героини. - Е.К.)» Ахматовой «к проницанию времени (память) и пространства (телепатия). к экстатическим, взвол-

нованным, бредовым состояниям. Во многих стихотворениях. общение ЛГ с гостями из прошлого имеет оттенок бреда, транса, иногда даже полупомешанности, мотивирующих неспособность уловить грань между живыми и мертвыми» [2, с. 287]. Встреча мертвых и изгнанников отчасти уравнивает акценты. Заметим, однако, что прогулка в середине стихотворения как будто прерывается, постепенно переходя в пир, радостный прием гостей, о которых всегда думала хозяйка. Однако последняя строфа снова выводит героев вовне, и прогулка продолжается уже на фоне прекрасного пейзажа: струится седой водопад / На кремнистое влажное дно [1, с. 388]. Ледяное вино контрастирует и в то же время перекликается со струени-ем седого водопада: холодность вина и седина водопада взаимно дополняют друг друга, создавая эффект потусторонности и вместе с тем изысканности описываемого уголка, а вертикальная протяженность (до кремнистого влажного дна) удлиняет пространство, подчеркивая его ирреальность. дно напоминает о низшей границе бытия, но она не трагична и ужасна, а живописна и уютна.

Последняя строфа во многом ориентирована на знаменитое лермонтовское «Выхожу один я на дорогу.», где параллель «небо -земля» отчетливо прочерчена: Пустыня внемлет Богу, / И звезда с звездою говорит. / В небесах торжественно и чудно! / Спит земля в сиянье голубом [4, с. 222]. Ахматова использует два эпитета Лермонтова в одной строфе: кремнистый путь превращается в кремнистое дно, а сиянье голубое, окружающее землю, - в голубой виноград. Метафорические образы приобретают определенность значения, из невесомых романтических становятся детальными акмеистическими, принимают форму и предметность. Между тем сквозь эту четкость и ясность проступают неверные черты призрачного мира, в котором возможно свидание с потерянными «милыми», как в стихотворении, написанном немного раньше, - «Все души милых на высоких звездах.».

Сочетание вполне земной, почти бытовой прогулки на фоне седого водопада с посещением иного мира, в какой-то мере отзываясь на фантастическое путешествие данте, выявляет такое свойство поэтики Ахматовой, как стремление к контаминации двух пространств, легкому, почти бесплотному, проникновению в потустороннее бытие. В стихотворении «Все души милых на

высоких звездах.» тоже описывается такая полуреальная, полупризрачная прогулка по Царскосельскому саду, на аллеях которого можно встретить собственную тень, «восставшую из прошлого», увидеть лиры на ветках, а потом почувствовать обыкновенные, совсем не мистические капли дождя, превращенного в тексте Ахматовой в божественный знак «благой вести». «тема двойничества, раздвоения, мотивы отражения в широком смысле - эха, как звукового портрета, зеркала, как визуального отражения - это осевые структурообразующие темы поэтического мира Ахматовой» [5, с. 29]. Столкновение двух Я (прошлой и настоящей) в центральной строфе стихотворения дано как зеркало, в котором отражение не идентично отражаемому. Прогулка оказывается поистине ирреальной, она происходит одновременно в нескольких временах, образуемых судьбой лирической героини, которая видит себя в прошедшем времени, знает, что сейчас идет по Царскосельскому саду и одновременно рассматривает разные лиры, развешенные на ветках, т.е. сталкивается с Г.Р. Державиным, А.С. Пушкиным (как в стихотворении «Смуглый отрок бродил по аллеям.»), с И.Ф. Анненским, возможно, В.А. Комаровским и Н.С. Гумилёвым. «С механической точки зрения прошлого уже нет, будущего еще нет (курсив мой. - Е.К.), а настоящее - лишь мэон, чисто умопостигаемая граница между прошлым и будущим» [6, с. 715].

Помимо свидания с любимыми поэтами, героиня чувствует близость «милых». Подчеркнем повторяемость этого почти фольклорного слова, используемого в двух текстах, где описаны мистические прогулки. однако, если в стихотворении «Заболеть бы как следует, в жгучем бреду.» «милые» - это потерянные мертвые и живые (те живые, которых нельзя увидеть и обнять), то в строках «Все души милых на высоких звездах.» нет намека на реальную встречу, а в душе героини возникает чувство свободы и легкости, рожденное одиночеством и прошлым страхом потери.

Ахматова умеет показать ирреальное как обыкновенное, доступное и понятное. В ее лирике встреча с собственной тенью происходит на фоне серебряной ивы, слегка погруженной в пруд, воды которого сияют сентябрьской яркостью, солнечный и редкий дождик оказывается божественным вестником, Царскосельский воздух наполнен песнями русских поэ-

тов. Именно такая организация пространства характерна и для стихотворения «Заболеть бы как следует, в жгучем бреду.». Ахматова сознательно смещает границы мертвого и живого и наделяет бесплотные образы бытием и вещественностью. Прогулка «по широким аллеям» превращается в пикник, напоминающий описания-натюрморты М.А. Кузмина (Где слог найду, чтоб описать прогулку, / Шабли во льду, поджаренную булку / И вишен спелых сладостный агат? [3, с. 22]) и в то же время бесконечно далекий от такого изящного натурализма.

В последней строфе дважды повторяется слово вино - сначала как элемент лексемы виноград, потом самостоятельно. Нарочитая ана-форичность (Буду. есть. виноград - Буду пить. вино) только подчеркивает заданную сему. В двух финальных стихах звук [в] словно вплетен в структуру важнейших для Ахматовой образов: водопад и влажное дно. Виноград сначала превращается в вино, потом становится водопадом и наконец приобретает общее значение влаги, сдвигая при этом перспективу в абсолютный низ. В ряду данных образов можно отметить еще одну ассоциацию с Лермонтовым. Голубой - любимый цвет поэта, особенно в сочетании с золотым или серебряным (у Ахматовой голубой виноград рифмуется с седым водопадом), и если кремнистое дно отсылает к стихотворению «Выхожу один я на дорогу.», то влажное дно - к балладе «Русалка»: На дне у меня / Играет мерцание дня [4, с. 145]. Сюжет лермонтовской баллады основан на любви русалки к мертвому витязю, покоящемуся на подушке из ярких песков, / Под тенью густых тростников (Там же, с. 145), а стихотворения Ахматовой - на встрече в загробном саду с мертвыми или изгнанными «милыми». Эта параллель подчеркивает мистическую природу прогулки и пикника с мертвыми у седого водопада.

Описание садов в лирике Ахматовой часто имеет отнесенность к иному миру. Финал стихотворения «Этой ивы листы в девятнадцатом веке увяли.» из микроцикла «Городу Пушкина» возьму и за Лету с собою / Очертанья живые моих царскосельских садов [1, т. 2, кн. 1, с. 202] в первоначальной редакции (5 октября 1957 г. автограф РГАЛИ) выглядел так: возьму и за Лету с собою / Очертанье земное прекрасных загробных садов (Там же, с. 588). Более того, у стихотворения были заголовок «Царскосельская элегия» и подзаголовок «Памяти друга». «Редакция стихотворения, имею-

щая этот подзаголовок, обращена к умершим друзьям, с которыми была связана юность поэта» [2, с. 589], отмечает Н.В. Королева и называет имена царскосельских друзей Ахматовой - «расстрелянного Гумилёва, умерших Комаровского и Недоброво, погибшего в лагере Пунина» (Там же).

Так, текст 1957 г. перекликается с гораздо более ранним («Заболеть бы как следует, в жгучем бреду.» (1922)) не только сюжетом встречи с мертвыми любимыми, но и мотивом совместной прогулки по загробным садам, прямо не названным ни в одном из рассматриваемых стихотворений.

Движение, иногда «шествие теней», прогулка по дорожке аллеи, ставшей дорогой, -вот характерные мотивы ахматовской лирики. Встреча с мертвыми происходит на приморской или царскосельской аллее, улице Москвы, знакомой тропинке, у водопада. Призрачные гости Ахматовой идут вместе с ней, не замедляя шага, проводя лирическую героиню в ирреальное пространство и отчасти оказываясь в ее мире, пространстве ее сознания.

1. Ахматова А.А. Собрание сочинений: в 6 т. М. 1998 - 1999. Т. 1, 2.

2. Жолковский А.К. Щеглов Ю.К. Работы по поэтике выразительности: Инварианты - Тема -Приемы - Текст. М. 1996.

3. Кузмин М. Избранные произведения. Л. 1990.

4. Лермонтов М.Ю. Сочинения: в 2 т. М. 1988.

5. Обухова О.Я. Образ тени в поэзии Анны Ахматовой // Анна Ахматова и русская культура начала ХХ века. тез. конф. М. 1989. С. 29 - 30.

6. Филиппов Б. Зеркало - Зазеркалье - Зерцало Клио // А. Ахматова: Pro et contra. СПб. 2005. Т. 2. С. 709 - 720.

About mystical walks in the poems of Anna Akhmatova

Considering mystical walks in the poems by AAAkhmatova, the author analyzes the peculiarities of space organization of walks, which are at the verge of real and unreal worlds, and also notices something in common with the poetic texts by M.Y.Lermontov and M.Kuzmin.

Key words: space, movement, dynamic aspect, mirror, duality.

Н.В. ЛАВРЕНТЬЕВА (Рязань)

ОБРАЗ ГЕРМАНИИ В ВОСПРИЯТИИ И ИНТЕРПРЕТАЦИИ Б. ПАСТЕРНАКА (по письмам 1905-1906 гг.)

Всестороннему анализу подвергаются письма Б. Пастернака из Берлина (1905-1906 гг.); исследуется образ Германии, получивший свое отражение в письмах и позже воплотившийся в произведениях Б. Пастернака.

Ключевые слова: Б. Пастернак, письма, поездка в Берлин, образ Германии, восприятие и интерпретация.

особое место в творческой парадигме Б. Пастернака занимает немецкая культура. обнаружить ее коды и знаки в произведениях поэта нетрудно, сложнее их идентифицировать. Одна из причин столь интенсивного использования «немецкого текста» в прозе, поэзии, письмах, публицистике, на наш взгляд, - раннее и одновременно с этим очень глубокое погружение Б. Пастернака в немецкоязычную среду. При этом надо отметить, что такое погружение было подготовлено семейной традицией Пастернаков: отец поэта три года прожил в Мюнхене, мать, будучи до замужества активно гастролирующей пианисткой, достаточно часто посещала немецкоязычные страны, более того, среди знакомых семьи было немало представителей немецкой общественности, все дети изучали немецкий язык, читали, писали и говорили на нем постоянно. Также необходимо учитывать, что Б. Пастернак оказался в Германии в момент духовного и эмоционального становления: в 1906 г. во время первой поездки в Берлин он накапливает бесценный опыт впечатлений, еще не зная, что через 6 лет также в Германии, в Марбурге, он осознает себя не философом, а Поэтом. Все увиденное в Берлине 1906 г. воплотится в письмах и воспоминаниях.

Пастернак всегда утверждал важность воспоминаний, особенно тех, которые запечатлела еще совсем юная память: «Сколько бы нам потом ни набегало десятков, они бессильны наполнить этот ангар, в который они залетают за воспоминаниями, порознь и кучею, днем и ночью, как учебные аэропланы за бензином.

Послушать стихотворение Ахматовой Заболеть бы как следует

Темы соседних сочинений